Воскресенье, 13 Май 2018 16:31

Он был первым

Автор  Владимир Лакеев

Первый секретарь ЦК ОКП Владимир Лакеев – памяти товарища и соратника Виктора Анпилова

 

В январе скоропостижно скончался Виктор Анпилов. Скончался на 73 году жизни. В поминальном зале Троекуровского кладбища гражданская панихида продолжалась около двух часов. И почти все выступившие говорили о безвременном уходе из жизни Виктора, говорили так, как обычно говорят о гораздо более молодых усопших. И это не случайно. Анпилова невозможно было представить этаким добродушным пенсионером, мирно и размеренно доживающим свой век. Такими многие становятся после семидесяти и даже раньше. Многие, но не Виктор. В памяти навсегда останется образ непримиримого борца и страстного трибуна.

Анпилов родился в 1945 году, через пять месяцев после Великой Победы. Рабочий парень с Кубани сумел закончить факультет журналистики лучшего советского ВУЗа – МГУ им. М.В.Ломоносова. работал в Гостелерадио СССР, был комментатором Главной редакции радиовещания на страны Латинской Америки, собственным корреспондентом в Никарагуа.

В конце 80-х годов, в разгар «перестройки», твердо и однозначно встал в ряды ее противников, противников демонтажа советской власти, социализма, великого государства. Противников Генсека Горбачева, который вел страну к краху. Он начинает играть заметную роль в Движении Коммунистической Инициативы, избирается депутатом Моссовета, создает газету «Молния».

Именно благодаря «Молнии» имя Анпилова становится широко известным в партийной среде не только в Москве, но и по всей стране. В то время, когда почти вся пресса и телевидение с утра до вечера поливали грязью Ленина, Сталина, Брежнева, социализм, да и вообще весь русский народ,  в то время, когда газеты КПСС, включая главную газету «Правда», занимали совершенно невнятную позицию «и нашим и вашим», «Молния» была глотком свежего воздуха для всех, кто сохранил коммунистические убеждения и веру в дело Великого Октября. В это время я работал заведующим идеологическим отделом Кировского райкома КПСС города Москвы и у себя в районе мы «Молнию» распространяли. Колючая, бескомпромиссная ко всякого рода перевертышам, называвшая вещи своими именами «Молния» воспринималась настоящими коммунистами с большим интересом, была созвучна их настроениям и позициям. А вот со стороны горкомовской партноменклатуры «Молния» вызывала определенные подозрения, как и сам Анпилов. Я хорошо помню, как горкомовские деятели весьма настороженно восприняли факт выдвижения Анпиловым своей кандидатуры в мэры Москвы и никакой поддержки ему не оказали. Впрочем, это не удивительно. Партийный аппарат МГК КПСС, да и ЦК КПСС, всегда с глубоким недоверием относился ко всему, что исходило не из его недр. А Виктора уж никак нельзя было назвать порождением партийного аппарата.

Наступил август 1991 года. Непонятный до сих пор до конца путч ГКЧП, откровенное предательство Горбачевым партии, ее запрет вызвали у коммунистов и возмущение и растерянность одновременно. Кто-то занял выжидательную позицию. Эти выжидавшие стали основной членской базой возникшей в 1993 году КПРФ. Возникшей легально, после известных решений Конституционного суда. Другие понимали, что надо не ждать, а действовать, надо что-то делать. Но что? Для Виктора так вопрос не стоял. Надо заниматься конкретной работой. Защищать Мавзолей Ленина,  защищать музей Ленина. Так возникли знаменитые «цепочки» у Музея Ленина и на Красной площади.

В те дни антикоммунисты в атмосфере эйфории от своей победы вполне могли разнести в пух и прах Музей Ленина и разрушить Мавзолей. Опыт был, были снесены памятники Дзержинскому, Свердлову, Калинину. Но им помешали «цепочки» во главе с Анпиловым. И все увидели, коммунисты живы, они никуда не делись, их стало меньше, но они стали тверже. И первым, кто позвал коммунистов и людей, не вступавших в партию, но сохранивших советские убеждения, был Виктор Анпилов. Позвал, организовал, повел за собой. Это было его время. Тогда раскрылись его самые сильные стороны: колоссальная работоспособность, мужество, умение организовывать протест. Проводить протестные пикеты, митинги, шествия, порой не санкционированные властями, никто нигде, ни в каких партшколах не учил. Овладевать этим искусством приходилось на ходу. И Виктор в короткие сроки им овладел. Взгляд журналиста, человека, наделенного творческой фантазией помогал ему видеть внешнюю сторону  протестных мероприятий, безошибочно предвидеть то впечатление, которые акции произведут на прессу, на телевидение, на окружающих.

Мне довелось с октября 1991 года работать вместе с Виктором Анпиловым, с декабря 1991 года в качестве секретаря по по оргвопросам Московского оргбюро только что созданной РКРП. Вспоминая сейчас это время я поражаюсь, как  невероятно много событий и дел могло вместиться в этот небольшой промежуток 1991-1993 годов. Это «Марш голодных очередей» в декабре 1991 г., это демонстрации и митинги на Красной площади 7 ноября 1991 г. и 1 мая 1992 г., это многомесячные акции у посольства Чили в защиту Эрика Хонеккера, это «Поход на белый дом» в феврале 1992 г., это столкновение с ОМОНом и кровь демонстрантов 23 февраля 1992 г., это грандиозное Общенародное Вече на Манежной площади 17 марта 1992 г. (с тех пор никто нигде больше людей не собирал, даже под Путина), это осада «Империи лжи Останкино», закончившаяся побоищем 22 июня 1992 г. в Останкине, у Рижского вокзала и в центре Москвы и многое – многое другое. В этих классовых сражениях досталось и Виктору. В конце 1991 г. после очередной «цепочки» при задержании омоновцами ему поломали ребра. В мае 1993 г. неизвестные похитили его, удерживали насильно в течение целого дня и поломали пальцы рук.

В трагические дни октября 1993 года созданная Анпиловым «Трудовая Россия» мужественно защищала Дом Советов. Сам Виктор после расстрела восстания был арестован и несколько месяцев провел в тюрьме.

После 1996 года КПРФ, располагавшая большими организационными, финансовыми и кадровыми ресурсами, стала ведущей силой уличных протестов, как в Москве, так и по всей России. «Трудовая Россия» стала менее заметной, хотя популярность Виктора Анпилова долго оставалась весьма высокой. Он участвовал в большинстве митингов левой оппозиции и его выступления были как всегда яркими, страстными и доходчивыми. Я лично знал людей, которые шли на митинги только тогда, когда наверняка знали, что будет выступать Анпилов.

Всем, кто часто общался с Анпиловым, он навсегда запомнится как человек необычайной активности и неравнодушия ко всему, что вокруг происходит. Когда он организовывал людей, к чему-то призывал,  спорил, он был словно сгусток энергии. И в то же время, когда спадал градус напряжения в борьбе, он становился очень доброжелательным и отзывчивым.

Сейчас на одном из центральных каналов готовят фильм, посвященный Виктору Ивановичу Анпилову. Уверен, будут написаны книги о нем. И это правильно. Свой заметный и яркий след в политической истории России он оставил. Организованные им мощные массовые акции начала 90-х годов спасли честь и достоинство коммунистического движения России. Конечно, он был не один. В те годы поднимали народ на протест Тюлькин и Крючков,  Терехов и Пригарин, Бабурин и Лимонов, Проханов и Косолапов. Но в общественном сознании тот мощный народный протест в ответ на контрреволюционный переворот  всегда в первую очередь будет ассоциироваться с именем Виктора Ивановича Анпилова. Того, кто самым первым громко сказал: «Банду Ельцина – под суд!»

Владимир Лакеев

Автор – первый секретарь ЦК Объединенной коммунистической партии, один из организаторов и участников Движения коммунистической инициативы в 1991 г.  

На фото – Виктор Анпилов в зале заседаний Моссовета. Август 1991 г.   

Прочитано 2044 раз

Оставить комментарий

Убедитесь, что вы вводите (*) необходимую информацию, где нужно
HTML-коды запрещены